Габай Моисей

Голод – вечный враг

Конечно, через годы вспоминать о делах давно минувших дней - задача не совсем легкая, но надо оставить потомкам память о былых событиях. В те далекие времена я, десятилетний мальчик, недавно закончивший 3-ий класс, вместе с родителями и двухгодовалым братом жили на Украине, в поселке Ромодан Кременчугского района Полтавской области. Первые недели после начала войны прошли как-то незаметно. Ведь мы всегда были уверены, что наша Красная Армия всех сильнее и разгромит любого врага. Но потом, уже в июле, тревога окутала весь поселок. У нас был крупный железнодорожный узел, и немецкие самолеты начали бомбить его. А бомбы разлетались по всему поселку. Вначале налеты были редкие, а к концу июля участились.

Мой дядя, Сигалов Семен Вульфович, был кадровый военный артиллерист. И он мне в один из своих приездов подарил командирскую сумку и бинокль. Я с этой сумкой не расставался, ходил с ней в школу на зависть всей детворе.

И вот однажды в начале июля к нам домой пришел участковый милиционер (как сейчас помню его фамилию – Нестуля) и потребовал сдать военное имущество: командирскую сумку и бинокль. Для меня это был первый удар начавшейся войны. В августе бомбежки усилились. Особенно запомнилось 18 августа (это был день Советской авиации), когда девятка фашистских бомбардировщиков в течение дня неоднократно нас бомбила. На станции скопились санитарные поезда, составы с горючим и боеприпасами. Все это взрывалось и горело. Эта страшная картина и сейчас стоит у меня перед глазами. Во время налетов авиации некуда было спрятаться. Самым надежным укрытием для нас была кровать с матрацем, под которую мы прятались при бомбежках.

Немецкие войска были уже недалеко. Но местные власти не предпринимали никаких мер по организации эвакуации населения. Люди были в растерянности. Что делать, куда ехать? На наше счастье, знакомый врач, работавший в местном госпитале, предупредил нас, что послезавтра здесь будут немцы, госпиталь срочно эвакуируется и машину, вывозящую оспитальное имущество.

Так мы добрались до Харькова, а там уже формировались эшелоны для эвакуации населения. Устроились в теплушке и медленно покатили на восток через Москву. Под Москвой мы простояли несколько дней, и за это время к эшелону приходили постоянно молодые люди и угощали батонами хлеба. Как сейчас помню этот вкус батонов.

Куда направлялся наш состав, никто точно не знал. Но прибыли через месяц в Ташкент. Там было такой наплыв эвакуированных, что люди спали на вокзале неделями. Но нам повезло. Состав поехал дальше, и в конце концов, мы очутились в районном центре Карасу, в Киргизии. Надо сказать, что там организация приема беженцев была поставлена очень хорошо. Прямо на станции нас накормили, родителям сразу же дали направление на работу и предоставили комнату в бараке. Зима 41 года была очень суровая, а дела на фронте были плохие. А так как мы все были патриотами, то собралась компания детишек моего возраста и мы решили поехать воевать с немцами. Но на станции нас перехватила милиция, и наши фронтовые дела на этом закончились. В нашей комнате была одна лежанка, на которой мы все вместе спали, и печка, но топили ее редко, так как с топливом была проблема. Электричества не было, пользовались керосиновой лампой.

Первые два года школу не посещал, так как нянчил своего двухгодовалого братика. Его побоялись отдать в ясли, так как там все дети болели дизентерией и были смертельные случаи. Потом я экстерном сдал экзамены за 4 класс и начал учиться в 5. Проучился я два года и в 1945 перешел в 7 класс. Там же вступил в комсомол. Нас постоянно сопровождало чувство голода. В школе мы часто работали на сборе хлопка, принимали участие в посевной кампании, оказывали шефскую помощь раненым, находившимся на лечении в местном госпитале. Состав учителей был некомплектный и очень слабый, знания получали поверхностные.

Сразу же по окончании войны, в июне 1945г., мы вернулись из эвакуации и остановились в городе Бабушкино (сейчас это Москва). На Украину возвращаться не хотелось, так как там все было сожжено, а в Москве жила семья маминой мамы. Там я пошел в 7 класс, но, когда начался учебный год, я сразу же почувствовал разницу в уровне подготовки. Хотя я был там круглым отличником, но в новой школе мне пришлось очень тяжело из-за отсутствия многих знаний.

Из книги  Иосифа Скарбовсого Дети войны помнят хлебушка вкус",
Том 2. Книга первая.  Израиль, Studio Fresco, 2016 г