Бреслер Луиза


Разумеется, я не помню начала войны, рева падающих бомб и прочих ужасов, но мои близкие рассказывали, что в свои 2 года я вылезала из-за печки, где пряталась от обстрелов, и кричала: «Абой, абой!», что означало «отбой воздушной тревоги». Я радостно показывала на черную тарелку репродуктора, которая долго висела и после войны, и начинала приплясывать.

Чем ближе закат жизни, тем более четко вспоминаются эпизоды ее начала.

Помню себя в кроватке с соской во рту. Однажды проснулась, встала и осмотрелась. Вижу, что в нашей полупустой комнате на стуле сидит какой-то дядя в расстегнутой шинели и пристально меня разглядывает. Вдруг он говорит: «Такая большая девочка и с соской». Поняв, что делаю что-то совсем плохое, я с шумом вытащила соску и бросила ее под ноги. Через годы я узнала, что после ранения мой отец получил увольнение на трое суток и оказался в Кирове, где мы жили в эвакуации.

От немцев мы ушли, но нас преследовал постоянный голод. Я этого не ощущала так сильно, как мой брат, который был старше меня на 7 лет. Он с мальчишками бегал по огородам и воровал овощи. Мне иногда доставалась свёклина или еще какая-нибудь садово-огородная штуковина. Как же это было вкусно!

Моя мама и тетя работали в госпитале, и я там часто бывала. Ходила по палатам, наблюдая и запоминая повседневную жизнь.

Однажды я случайно оказалась в небольшой палате, где один веселый человек в темном халате стал рассказывать забавные истории, а потом предложил погулять по палатам вдвоем. Эта затея мне так понравилась, что я быстро протянула ему руку, и мы отправились «гулять».

Так в моей жизни появился первый настоящий друг. Однако не только дружба, но и лютая ненависть накрыла меня с головой, показав жизнь с изнанки. Случилось это зимой. Я еще не знала, что такое елка и все, что с этим связано. Когда в очередной раз я пришла к своему другу, он радостно с огоньками в глазах протянул мне руку и сообщил, что сегодня у нас будет сказка! Он повел меня в большую палату, где в центре стояла самая настоящая нарядная елка с игрушками. Я обомлела от удивления и восторга, а он сам, прихлопывая, стал водить меня вокруг и приговаривать: «Смотри, какая елочка-красавица! Выбирай себе все, что хочешь!»

А я уже увидала бусы дивной красоты, но не сомневалась, что увиденное нечто такое сказочное, на что я не могла рассчитывать. Ну никак! И вдруг в этой комнате появились двое других детей и им, как гостям, было предложено выбрать первыми. И…, о ужас! «Мои» бусы оказались в чужих руках! Я чувствовала, что сейчас зарыдаю от горя! «Ну, а теперь ты!» - услышала я голос друга. Сквозь слезы я рассматривала игрушки. Полная обиды, я показала пальцем на простенькую ватную игрушку, висящую высоко около звезды. Мой друг ушел куда-то, а вернулся с лестницей и полез за этой дурацкой игрушкой.

В этот момент раздался крик. Никто не понял, что произошло. Но когда крик повторился, все увидели человека в бинтах, который бился на кровати и истошно кричал: «Эта жидовка издевается над тобой! Это ее надо было убить, а не моих детей! Всех жидов надо убивать!» На него набросились. Все что-то говорили, но у меня в ушах без остановки звенело «Жидовка! Жидовка! Жидовка!» Мой друг схватил меня за руку и потащил прочь от этого кошмара, но, глядя на его побелевшее лицо, я поняла, что никогда не забуду этого ужаса.

Однако жизнь продолжалась. Наступила весна. Возле нашего дома расцвела желтая акация. Это было такое счастье! Желтые сладкие конфетки на ветках покрывали все кусты! Обсасывая эти дивные цветочки, я и не заметила, как оказалась возле ворот, которые охранял бравый моряк. В руках у него было ружье со штыком. Я была уверена, что он защищает меня!

«Надо ему что-то подарить», - мелькнуло у меня в голове, и я стала шарить по карманам и вдруг нащупала перо от ручки (наверное, взяла его у брата). Достав перо, я смело подошла к моряку и попросила его принять мой подарок.

Не тут-то было! Сквозь сжатые зубы он попросил меня отойти и отстать от него.

Я недоумевала. Такой чудный подарок! Видно, поняв, что я не отстану, он прошептал: «Подойди!» Слегка протянул руку и забрал перо. Я была счастлива!

Время шло. Я подрастала. В детском саду стали говорить, что война скоро кончится, но в моём распорядке ничего не менялось. Однажды няня, которая относилась ко мне очень тепло, прижала к себе и сказала: «Это тебе. В Ленинграде будешь меня вспоминать!» Я почувствовала в своем кулачке что-то очень маленькое и мягкое. Когда же раскрыла ладонь, я увидела чудесный платочек, усыпанный мелкими цветными горошками. Это был просто волшебный платочек! Я была счастлива. Для меня это был царский подарок! Вот теперь я поверила - войне конец!

 

Луиза Бреслер, г. Бней-Аиш