Воспоминания

Литвак Маня

Из воспоминаний о войне

Маня родилась и жила в Евпатории Крымской области Татарской автономной республики. У её родителей, Соломона и Берты, было трое детей: сын Александр 1924 года рождения, сын Яков 1925 года рождения и дочь Маня 1928 года рождения. Отец заведовал продовольственным мага-зином, мать вела домашнее хозяйство. Семья была обеспеченной, жила в одноэтажном доме, в квартире с отдельным входом и своим двором. Квартира была обставлена хорошей мебелью, в зале стояло пианино. Вокруг жило много татар, с которыми семья поддерживала хорошие, а с некоторы-ми даже дружеские отношения.

Перед войной Маня закончила три класса. Из довоенного времени она хорошо помнит, что в Евпатории во время гражданской войны в Испании пребывали дети испанских патриотов. Они ходили в красных пилотках, испанках, и красных галстуках. Маню удивляло, что заслышав гул летящего самолёта, они моментально дружно бросались на землю. Она не осознавала, что в них живёт эхо войны, не понимала, как это страшно. Очень скоро понимание пришло к ней.

В воскресный день 22 июня 1941 года Маня играла с подружками во дворе. Вернувшись с прогулки, она заметила, что папа стоит на крыльце и о чём-то тревожно разговаривает с соседями. Когда она подошла к папе, он взволнованно сказал: "Доця, война!". "Ну и что?"- ответила девочка, не почувствовав угрозы. А война приближалась к Евпатории, немцы рвались в Крым. Начались регулярные бомбёжки, ежедневно, в 4 часа дня.

В Евпатории жила также тётя Аня, мамина сестра, с мужем Юрой и дочкой Рахель. Мужа сразу призвали на фронт, а тётя Аня с Рахелью собрались уехать. Маня с мамой их провожали. Мама, желая спасти Маню, велела ей ехать с тётей. Но за мгновение перед тем, как поезд тронулся, Маня вспомнила, что она не попрощалась с папой, и выскочила из поезда. Это спасло ей жизнь. К несчастью, тётя Аня и Рахель погибли во время эвакуации в Краснодарском крае, а дядя Юра погиб на фронте.

С началом учебного года Маня пошла в 4-й класс. Не прошло и недели, как в школу пришёл отец и сказал Мане:"Срочно пошли домой!". На вопрос "Зачем? Почему?" он ответил: "Дочка, война!". Отец решил отправить мать с детьми из города. Когда пришли домой, Маня увидела, что мама, собирая вещи, без конца плачет, она не хотела уезжать. Соседская татарская семья уговаривала папу не отправлять семью, обещала спрятать . Но папа, не смотря ни на что, настоял на отправке мамы с детьми в эвакуацию. Старший брат категорически отказался ехать, он решил остаться с папой, который был призван в ополчение, рабочие батальоны. Маня помнит соседа караима Исаака Абрамовича Кальф, который всю войну прятал свою жену еврейку.

Уехали втроём, мама, Яков и Маня. Папа отвёз на вокзал. С трудом сели в теплушку. Ехали вместе с людьми из Бессарабии. Было очень тесно, и страдали от вшей. Дальше беженцев перевозили морем через Керченский пролив. Переправлялись ночью, т.к. днём гитлеровцы бомбили. Посередине пролива услышали гул летящего самолёта. Всех охватила паника, раздались крики. Переправились благополучно. Потом поездом в теплушках беженцев повезли в Узбекистан.

Когда в Евпатории уже опасно стало оставаться, отец добыл лошадь с телегой, погрузил на телегу мешок зерна и ещё кое-какие продукты и выехал из города с сыном и другом сына. На подводе они доехали до города Саки, который уже был оккупирован. Им удалось проскочить Саки, но вскоре началась бомбёжка, убило лошадь и погиб друг Александра. Отец с сыном пошли пешком без вещей. Маня не знает, как они добрались до какой-то станции в Осетии. На вокзале было полно местных жителей, они разбирали беженцев и уводили в свои дома. Одна осетинка взяла к себе отца с Александром, дала им возможность привести себя в порядок, накрыла на стол, пригласила к столу и с любопытством смотрела на них. Потом спросила:"Кто вы? Жады или яврэи?".Как назывался этот населённый пункт Маня не знает. Там было военное артиллерийское училище, отцу удалось определить туда Александра. Сам он оттуда был призван на фронт.

Мама с Маней и Яковом попали в город Ургенч Хорезмской области. Там они обосновались. Им предоставили отдельную комнату. Жили трудно. Мама умела шить, этим немного зарабатывала. Дети пошли в школу. Из школы детей часто посылали на уборку хлопка.

Отца они потеряли, с ним не было никакой связи. А с Александром, по-видимому была, т.к. они по его аттестату получали продукты. После училища он попал под Ленинград, получил звание лейтенанта, а вскоре и старшего лейтенанта и погиб в возрасте 19 лет. Посмертно ему было прис-воено звание капитана. Маня вспоминает, что у неё было предчувствие. В сентябре она с узбекскими девушками работала в поле на уборке хлопка. Они там оставались на ночь. В одну из ночей ей стало очень тревожно на душе и её срочно потянуло домой. Она попросила одну из девушек пойти с ней, но та не согласилась. Тогда Маня пошла одна ночью по незнакомым местам. Дома она застала жуткую картину. В доме было полно людей, мать была в истерике, в руках у неё был нож, т.к. она хотела покончить с собой. Предчувствие не подвело Маню - пришла похоронка на Александра.

В Ургенче Якову исполнилось 18 лет, оттуда его призвали в армию. Он служил танкистом. От него пришла единственная открытка из госпиталя. Больше о нём ничего не известно. К сожалению, ни мать, ни Маня не смогли узнать, где и как погиб Яков. Они даже не получили извещение о том, что он пропал без вести.

В Ургенче они встретили дядю Лёню, сотрудника отца, который был демобилизован и вернулся с фрота. Маня очень переживала, что её отец всё ещё на фронте, и дядя Лёня постоянно успокаивал Маню, говорил, что отец обязательно вернётся.

Маня училась, потом пошла работать в сапожную мастерскую, по лека-лам кроила там стельки. Начальник хотел направить её в Ташкент на учёбу по специальностям обувной промышленности. Но Маня не хотела оставить маму одну и отказалась от предложения.

Когда весной 1944 года освободили Евпаторию, Маня с мамой вернулись в свой город. Их квартира оказалась запертой, ключ был у соседей. В окно они увидели, что всё стоит на своих местах, отсутствует только пианино. Потом им объяснили, что пианино забрало гестапо и даже выдало документ, подтверждающий это. В их квартиру сосед поселил своего брата, который не хотел выселяться. Пришлось судиться. Когда хозяева смогли зайти в свою квартиру, она уже была пуста, всё из неё было утащено.

От отца попрежнему известий не было. Потом выяснилось, что в конце войны его перебросили на Дальний Восток на войну с Японией. По окончанию боевых действий он вернулся домой. Маня хорошо помнит встречу с отцом. Это было летом 1945 года. В тот день она мыла голову на крыльце дома. Вдруг кто-то очень сильно стал стучать в калитку. Маня, не подозревая, что это отец, не хотела прерывать мытьё головы и не торопи-лась открывать. Когда она её открыла и увидела отца, она очень растеря-лась и разволновалась. После объятий, поцелуев, слёз они вошли в дом, отец сел за круглый стол, а Маня от волнения бегала вокруг него и бесконечно спрашивала: "Папа, ты хочешь чаю? Папа, тебе дать чай?" Отец долго не мог её успокоить. Мать в это время была на толчке, продавала вещи, чтобы прокормиться. Знакомые ей сообщили, что видели её мужа в Симферополе, что он возвращается домой. Мать тут же побежала домой, хотела подготовить встречу, но не успела. Дома она застала мужа.

Жизнь понемногу стала налаживаться.

Записала и подготовила Малка Шекин