Болотина Светлана

Bolotina

 

Как мы выживали

Я, Болотина Светлана Аврамовна (девичья фамилия Ильина) родилась 14 февраля 1939 года в с. Диканька, Ди- каньского района, Полтавской области. Отец был учителем, мать – домохозяйкой.

Перед войной мы жили в селе Бамеское, Диканьско- го района, Полтавской области. В первые дни войны 1941 года, отец был призван на фронт. В начале сентября 1941 года, мама с четырьмя детьми была эвакуирована в хутор Большой, Сталинградской области, который находился в 50 километрах от линии фронта. Дети были такого возраста: старший брат Володя – 11 лет, средний брат Гриша – 4 года, мне было 2,5 года и сестре Бэлле – 9 месяцев.

Мама работала в колхозе свинаркой, и мы кое-как сво- дили концы с концами. По мере приближения Сталинград- ской битвы, немцы начали бомбить наш хутор, и мы вынуж- дены были переехать в район Михайловка, Сталинградской области. Тут не было бомбежек, но был настоящий голод. Недалеко возле нас стояла воинская часть. Они выбрасы- вали картофельные очистки. Мама их брала, мыла, сушила на плите и этим кормила нас. Братья ходили к жителям про- сить продукты. Люди давали только соленые огурцы и по- мидоры.

Мама вынуждена была сдать меня и сестру в детдом для эвакуированных детей. Я помню уже сама, как на комиссии врачи на меня и сестру сказали «дистрофики». Помню еще,что во время голода появились стаи мышей. Они бегали по

всей квартире, по нам, залезали даже в тесто. Маме на месяц выдавали 3 килограмма муки на всю семью.

Помню, как возвращались мы из эвакуации в марте 1944 года. Ехали в вагоне-теплушке, где топилась железная печка-буржуйка, и мы все теснились около нее.

По возвращению на Украину, в село Балясное, Полтавской области, мама работала в овощной бригаде, в колхозе, и мы уже ели украинский борщ. Но в сентябре осеннеполевые работы закончились, и мама устроилась в финотдел по сбору налогов. Ходила пешком по селам района, попала под дождь и получила воспаление легких и, вдобавок, сыпной тиф. Ее забрали на лечение в районную больницу, но через три недели она умерла.

4 ноября 1944 года. Сельсовет вызвал папу с фронта, а нас – детей, пока папа приедет, определили в колхозный интернат. Папа приехал и определил нас в детский дом города Крюкова Полтавской области.

В детском доме мы были до августа 1947 года. Кормили там очень плохо, я болела малярией в тяжелой форме, и еле выжила после брюшного тифа. Помню, что детдомовцы от голода ели зеленые колоски пшеницы. Многие получили дизентерию. Тогда комиссия обнаружила злоупотребление руководства. После этого, директор детдома (еврей) повесился.

Старший брат в 1946 году уехал к папе. А меня и среднего брата папа забрал в 1947 году, в город Прилуки, Черниговской области. Помню, он сварил ведро початков кукурузы, и мы с братом съели его за день. Это были последствия недоедания в детдоме.

Но в 1947-48 годах нас застал голод в городе Прилуки. Мы ели только кукурузу и сахарную свеклу. За хлебом надо было стоять часами в очереди, и мы съедали его мгновенно. Я начала болеть бронхиаденитом. Валенки у нас с братом были одни на двоих. Мы с ним, по очереди, ходили в школу.
Понимая, что нам не выжить в городе, папа снова уехал с нами в село Балясное, Полтавской области. Где мы начали нормально, по тем временам, жить. Держали птицу, коз, огород – пятнадцать соток, и это нам очень помогало жить. В деревню папа забрал и меньшую сестру.

Из книги "Как хочется жить"
Сборник воспоминаний.

Автор-составитель Ж. Медник
Израиль, 2011