Воспоминания

Ратинер Владимир и Прокопенко Светлана (Ратинер)

До войны наша семья проживала в Украине в Днепропетровской области в колхозе имени Чапаева. В августе 1941 года отца призвали в армию, а нас- маму, меня и двух сестер - посадили на телегу и эвакуировали в Запорожье, чтобы переправиться через Днепр. Но в Запорожье взорвали плотину, и мы переправились в селе Никольское.
Военные переправляли только людей и технику, все наши пожитки: телега, лошади и одежда - остались. Первую ночь провели недалеко от Днепра. К этому времени младшей сестре Светлане было три годика, Розе - 8 лет, мне -11, мама беременна. Все, что осталось на том берегу Днепра, военными было уничтожено.
Нашу семью погрузили в бункер комбайна и довезли до станции Письменная, где посадили на открытую железнодорожную платформу. Людей было столько, что невозможно было, сидя, протянуть ноги. После окончания «путешествия» наша семья попала в деревню Ново-Александровка.
Мама работала на уборке овощей, в поле и ночевала. Роза и я вместе ходили в школу. В этой деревне мы прожили месяц. Немцы приближались. Нас посадили на станции Каяла в открытый вагон, и мы отправились дальше на восток. Была осень, холодно. Часто шли дожди, а одежды теплой не было. В таких условиях доехали до станции Филонова, и мама решила, что нам не выжить. Мы высадились. На этой станции был организован пересыльный пункт для военных, людей было много, спали стоя. Ночью 12 ноября мама родила девочку и решила отдать ее в семью машиниста, у которого не было детей, так как с нами она бы не выжила.
18 ноября 1941 года нас привезли в колхоз «Красный партизан». 20 градусов мороза. Тёплой одежды нет. Поселили нас у 105-летней старушки, которая не ходила, жила с больной дочерью.
Мама и сестра заболели, врачей не было, мне приходилось за ними ухаживать. Отапливали дом дровами, которые я приносил ежедневно из леса. Воду носил из речки, благо, она была недалеко.
Больные поправились только к апрелю. Маму назначили поваром в тракторную бригаду, я работал прицепщиком, потому что там кормили. В середине лета нашу семью переселили в здание детского сада, который не работал. За это время приходилось не только работать прицепщиком на тракторе, но и подвозить продукты для работников тракторной бригады, дрова из леса для отопления в вагончике и приготовления пищи, пасти колхозный скот. За это нам с мамой давали по литру молока и килограмму хлеба в день.
В марте мы вернулись домой в Днепропетровскую область. Дом наш был частично разрушен, нужен был ремонт, поэтому первое время мы жили в чужом, пока мы с мамой сделали ремонт.
В деревне не осталось никакого скота и птицы, так что жили впроголодь, питались лебедой, варили, сдабривая кукурузной мукой.
В конце октября 1945 года вернулся из госпиталя тяжелораненый отец. И только весной 1946 года он смог выйти на работу в колхоз. 1945-1946 годы были неурожайными, люди пухли от голода, работали весь день в колхозе и ничего не получали. Приобрести что-то из одежды было невозможно.
Осенью я и сестра Роза пошли в школу, занимались в приспособленном доме. Занятия вела молодая девушка, так как учителей не было.
Школу окончил с похвальной грамотой несмотря на то, что ходить нужно было далеко, не было учебников, писали на газетах, чернила делали из черной бузины. Учился в техникумах в Днепропетровске, Биробиджане, в Хабаровске. Был направлен на Южно-Сахалинскую железную дорогу после школы военных техников. В 1957 году переехал в Воронеж, где и работал в локомотивном депо.
В 2006 году репатриировался в Израиль. Сестры Светлана и Роза тоже приехали в Израиль. Сестра Роза умерла в 2000 году.

 

Из книги "Гонимые войной. Воспоминания бывших беженцев Катастрофы,
проживающих в городе Ашдоде (Израиль)".
Издано организацией "Беженцы Катастрофы", Израиль, Ашдод, 2015 г.