Воспоминания

Менис Давид

Воспоминания первоклассника

Когда началась война, мне было восемь с половиной лет и жили мы в Харькове. В воспоминаниях очень ярко остался отдых нашей большой семьи Менисов в Бердянске на Азовском море за два года до начала войны. Папа, мама и я, папин брат с женой, две папиных сестры с детьми обедали в беседке какого-то ресторана. Настроение было прекрасное, шутили, смеялись, радовались жизни. Для нас, детей, жизнь была прекрасна.

А потом началась война. Помню 22 июня, родители слушали выступление по репродуктору, а потом папа ушел, а повестку принесли только днем. Помню очень отчетливо, как к нам перед эвакуацией приехали папины сестры с детьми из Кременчуга и спали ночью там, где могли устроиться. Повезло тем, которые спали на кровати – вдоль кровати подставили стулья и лежали поперек её. В августе над нами часто летал немецкий самолет – разведчик, рама, с двумя фюзеляжами, слышны были вдалеке разрывы бомб. Папа служил в штабе в Харькове, и он с большими трудностями сумел в конце августа достать места в поезде маме со мной и трёхмесячным братиком, бабушке и двоюродной сестре, школьнице. Уехали мы в город Фрунзе Киргизской ССР, где жила мамина сестра. Помню, пересадка на другой поезд была в Куйбышеве. Мама, наконец, оформила билеты, подали поезд, мама заскочила в вагон, оставила на какой-то полке трёхмесячного Гарика и выбежала за нами. Наконец, устроились на местах, поезд пошел, и тут мама увидела, что Гарика нет с нами. Такого вскрика испуга, ужаса я не слышал больше никогда за всю свою жизнь. Бросились искать, он спокойно лежал где-то рядом. Этот крик, этот стресс, по заключению врачей, повлиял на всю оставшуюся жизнь мамы, она начала слепнуть, а потом развилась опухоль мозга.

Тут надо сказать о муже маминой сестры, Георгии Васильевиче Легком – замечательном человеке, который работал в Управлении шоссейных дорог Киргизии и помог устроиться с жильем, работой нам, нашим родственникам и очень очень многим другим беженцам. Находил работу не только во Фрунзе, но и в ближайших городах.

Я учился в школе и получал обеды в столовой как сын офицера. Папа служил в штабах действующей армии, и мы всегда знали, где он находился. Когда в письме было указано местонахождение, цензура вычеркивала. Тогда он начал писать, что встретил кого-то, который ему сказал, что якобы видел Вульфа Иосифовича там-то. Цензура пропускала. Так мы знали, что он был в Сталинграде, в других местах. Во Фрунзе жил папин брат Наум, он был призван на трудовой фронт и работал на стройке. Как-то он заболел, было освобождение от работы, но когда температура спала, он пошел на стройку что-то оформить. Его попросили выжечь бочки из-под горючего, но не объяснили, как это делается. Он не слил остатки горючего и бросил бочку в костер. Взрыв был очень сильным, и он погиб.

Потом, в 1944 году, когда началось освобождение захваченных территорий, Г. В. Легкого направили восстанавливать шоссейные дороги в Латвии, а мы решили вернуться в Харьков, но узнали, что наш дом разбит, возвращаться было некуда. Георгий Васильевич взял нас с собой сначала в Москву, а когда освободили Латвию, в Ригу. Таким образом, в мае 1945 года мы жили под Москвой, в селе Тарасовке. И когда объявили об окончании войны, мама и я поехали в Москву и 9 мая 1945 года были на Красной площади. Такие впечатления остаются навсегда. Помню очень много народа, музыку, песни, танцы. Но помню и лица плачущих.

Но, в целом, это была настоящая радость.

Из книги Иосифа Скарбовсого Дети войны помнят хлебушка вкус",
Том 2. Книга первая. Израиль, Studio Fresco, 2016 г